Cloaca maxima

Art project libera
RES NULLIUS

Море

Памяти Вадима Габния...

Дикий пляж Проснулся я в тот момент, когда Вадим выходил во двор. Не знаю, как так ловко получилось, будильника я не ставил, да и спал очень крепко. Вадим заметил моё пробуждение и кивнул мне: - "На море пойдёшь?", предлагать второй раз мне было не нужно и я сразу стал одеваться. Андрей спал, будить я его не решился, он и не просил об этом, да и к тому же впереди была почти целая неделя отпуска, за которую он успеет накупаться вдоволь - так я рассудил и мы отправились вдвоём с Вадимом.

 Вадим облюбовал себе место для купания рядом с бывшим рыбным заводом, который уже давно не работает. Почему именно там, я не знаю, не расспрашивал. Возможно, утром ему хотелось побыть одному, сосредоточиться перед рабочим днём, а может быть, это место ему было дорого какими-нибудь воспоминаниями. Как оказалось позже, на пляже практически круглые сутки кто-нибудь да есть, и хотя там никогда не было тесно, особенно в восьмом часу утра, Вадим ходил купаться к заводу.

Вид из окна второго этажаДорога к морю Квартал, в котором находился дом Вадима, представлял собой частные двухэтажные домики, огороженные высокими по два метра заборами, сделанными из металлических листов, собственно даже слово "забор" не совсем подходит. Я сразу вспомнил Николаев, где первые годы жизни провёл тоже в частном доме, принадлежавшему моим дедушке и бабушке. Однако, отличия были существенными: в Николаеве практически все дома на улице были одноэтажными и площадь была побольше, как и участки земли, принадлежавшие домовладельцам. Здесь же земля была в дефиците, потому и домики тянулись вверх, увеличивая таким образом жилую площадь. Несмотря на ранний час, на улице нам встречались люди, кто-то уже направился по своим делам, кто-то собирался это сделать, приготавливая в дорогу свой автомобиль, или же ожидая кого-нибудь из своих родственников, которых предстояло подвезти на работу, а может быть на рынок или по другим делам. Вадим здоровался со многими своими соседями, я тоже кивал, чтобы не показаться невежливым. Сделав три-четыре поворота, мы вышли на широкую прямую улицу, уже обычного городского типа. Это были задворки Сухума, промышленная зона, разумеется промышленная в прошлом. После развала Советского Союза и войны с Грузией заводы и другие предприятия встали. Работает активно пивзавод, и когда мы пересекли улицу и пошли дальше, я заметил на противоположной стороне людей и машины выстроенные в очередь перед воротами какого-то промышленного здания. "Это они за пивом" - пояснил Вадим, заметив мой любопытный взгляд. Я догадался, что позже эти люди развезут прохладный напиток по кафе и ресторанчикам города. Вадим спросил у меня, запомнил ли я дорогу? Я ответил уклончиво - "Приблизительно…" - не хотелось признаваться в своей беспомощности, откровенно же говоря, я ни черта не запомнил. Но вот мы опять свернули налево, прошли мимо опустевших полуразрушенных цехов рыбозавода и вышли наконец-то на берег.

Сухумский пляж  В Абхазии пляжи не песчаные, здесь всё побережье усыпано галькой, видимо в этом есть как плюсы, так и минусы. Плюс, например, состоял в том, что одежду, снятую с себя можно было положить тут же на гальку, не опасаясь, что перед тем как одеть её снова, нужно будет предварительно тщательно вытряхивать. Минус был в том, что с непривычки босиком по гальке не очень походишь, особенно днём, когда солнце нагревает её весьма ощутимо. Тем не менее, на тот момент меня мало интересовали вся эта занимательная математика, я был слишком увлечён своим первым купанием в море. Вадим раньше меня зашёл в воду, мне пришлось повозиться со шнурками кроссовок, после чего и я присоединился к нему. Первое что отметил для себя, это то, что вода очень тёплая. А ещё войдя в воду примерно по колено, я почувствовал энергию моря, несмотря на то, что волны не было, ощущения совсем другие, чем например в реке. Находясь в море, сразу осознаёшь его мощь, его необузданную силу, море сразу даёт понять, кто здесь хозяин и если этому хозяину что-либо будет не по нраву, то можно только догадываться какие будут последствия…

 Но сейчас море благосклонно, я плаваю в его волнах, ничего не опасаясь, и получаю максимум удовольствия от утреннего купания. Вадим уже вышел на берег и ожидает меня, я пока не тороплюсь выходить из воды, слишком долго я ждал этого дня и расставаться с теплой морской водой не хочется. Я плаваю вдоль берега, в основном "по-лягушачьи" брасом и рассматриваю всё вокруг. От меня, примерно на таком же расстоянии, на каком я нахожусь от берега, затонувшее судно, похоже буксир или же какой-нибудь катер. Я не решаюсь подплыть ближе и разглядываю его с дальней дистанции. Дальше в море видны ещё остов и мачты затонувшего корабля, скорее всего потопили во время войны, но мне неудобно спросить об этом у Вадима, я не хочу лишний раз напоминать ему о войне, так как не знаю в полной мере, сколько горя она принесла ему и его близким. Вадим зовёт меня с берега, как-никак ему на работу, а меня впереди достаточно времени, что бы насладиться морем. Если бы я действительно запомнил дорогу, то скорее бы всего остался, а так пришлось выходить на берег, одеваться и так же с Вадимом идти домой.

 К нашему возвращению ещё все спали, но не успел я устроиться поудобней на лавочке во дворе и начать заполнять свой дневник, как вскоре проснулся Андрей а за ним Ирина и Гриша. Конечно, все сразу пошли на море, завтрак, поход на рынок за некоторыми вещами - всё было отложено на потом. В этот раз мы пошли на городской пляж, куда потом ходили постоянно. Сразу оговорюсь, что в плане комфорта там было ни чуть не лучше, чем на "диком" пляже, где мы были с Вадимом. На мой взгляд, самый существенный недостаток состоял в том, что на территории пляжа грязновато. Везде видно пачки из-под сигарет, обертки от мороженного и прочий мелкий мусор. Это не значит, что весь пляж был буквально застлан им, но это бросалось в глаза и сильно портило впечатления. И самое главное - на всей территории пляжа нет ни одной урны или контейнера под мусор. Точнее в самом начале пляжа один контейнер был, но он буквально тонул в мусоре, и его никто не собирался вывезти отсюда или каким-нибудь образом опорожнить. Таким образом, шансы на сохранение пляжа в более чистом виде, были равны нолю. За шесть дней пребывания в Сухуме, только один раз я наблюдал, как утром группа девушек лет по пятнадцать-шестнадцать убирала пляж. Мусор собирали и складывали в целлофановые пакеты у начала пляжа. Лишь вечером за ними приехал автомобиль, да и то не смог загрузить все пакеты. Поскольку это происходило в субботу, я окрестил про себя увиденную акцию субботником. Понятно, конечно, что экономика и коммунальные службы города переживают не лучшие времена, но для того, чтобы привлечь туристов, которые кстати и приносят основной доход в экономику республику летом, выделить средства на обустройство пляжа просто необходимо. Отсутствие урн, заставляло нас относить тот мусор, что оставался после нас в эту общую кучу, где его потом растаскивало ветром, птицами и бродячими собаками.

  Весь пляж через каждые тридцать метров разделяли волнорезы, получалось, что пляж разбит на равные отрезки. Сами волнорезы выступали в море на двенадцать-пятнадцать метров. Местные мальчишки, да и кое-кто из туристов часто ныряли с них, ещё у волнорезов ловили крабов, мидий, рапанов, поскольку они любили селиться на бетонных основаниях скрытых водой. Пожалуй, больше прибавить к описанию пляжа нечего. Наверное, такая картина покажется некоторым слишком постной, и отобьет желание ехать отдыхать в Сухум, но мне и моим друзьям этого было вполне достаточно. Самое главное - это море, а его как раз было "с запасом". Купаться можно было круглые сутки, и если мы не поступали так, то только потому, что днём была сумасшедшая жара, которая нас, по крайней мере, заставляла прятаться в доме Вадима.

 С первого и до последнего дня, инстинктивно установился режим нашего купания. Проснувшись, между девятью и дестью часов утра мы уже были на море. Как правило, сначала приходили мы с Андреем, потом за нами - Ирина с Гришей. Сделав пару заплывов, понежившись под ещё ласковым солнцем, мы отправлялись на Сухумский рынок, где покупали на завтрак пироги, или ещё что-нибудь из съестного, здесь уж каждый был себе голова (разве что за питанием Гриши присматривала Ирина). Потом мы снова возвращались на пляж и около получаса проводили там. В двенадцать часов мы уходили с пляжа, так как солнце уже палило нещадно, в это время на пляже оставались только Сухумские мальчишки, да и те из отдыхающих кто либо успел полностью акклиматизироваться, либо те, у кого были тенты, в виде зонтиков. На нашем отрезке пляжа, я имею в виду тот, что был ближе всего к дому Вадима, такой тент был только один. Вообще, в это время народу на пляже было меньше всего, наверное, только глубокой ночью могло быть ещё меньше. Возвращались мы к морю часов в пять вечера. В это время жара ещё стояла, но вот-вот должна была сойти на нет (по крайней мере нам так казалось!). Во всяком случае сухумское солнце не торопясь покидало небосвод, но прогретые насквозь галька, бетонные волнорезы, гранитная набережная всё дышали жаром, поэтому зной переставал чувствоваться только с наступлением темноты. Как правило до восьми вечера мы оставались на пляже, после возвращались домой. Три последних дня ходили купаться в одиннадцать ночи. Вернее первый раз, мы купались позже, когда возвращались из кафе, куда нас пригласила Ната, гостившая со своим сыном Игнатом у Вадима, как и мы. Я так и не понял, приходилась ли она Вадиму родственницей, или же она была очень давним другом семьи, но это не суть важно. Гости часто бывают у Вадима, и он гостям рад.

  Итак, возвращаясь по набережной домой, мы свернули к морю и решили освежиться перед сном. Помимо нас, на пляже было достаточно людей. Больше было абхазов, вообще вечером они выходили на набережную, купались в море, в основном молодёжь. Днём на пляже преобладали приезжие. Не смотря на то, что было многолюдно, как я уже упомянул, большинство из гулявших в это время, были люди молодые и иногда, как я замечал "подогретые" спиртными напитками, ни разу не было ни одной ссоры или драки. Ната говорила нам, что дальше, если идти по набережной, будет кафе "Синяя птица", где случаются подобные инциденты. Не знаю, так ли это, но я не заметил за эти шесть дней проведённых в Сухуме, какой-либо агрессии по отношению к туристам или злого отношения друг к другу между абхазами.

  Я не раз слышал, что ночью море светится, и конечно же хотелось убедиться в этом самому. С берега ничего видно не было, да и когда я залез в теплую воду, оправдывавшую название моря в это время суток, не сразу понял, как вода должна светиться. Лишь когда я повернул к берегу, то заметил, как после гребка из под рук у меня всплывают светящиеся пузыри, овальной формы. Тогда стало всё понятно, хотя мне представлялось это явление совсем по другому. Вообще, я не остался в восторге от ночного купания. Может от того, что я не так уверенно чувствую себя в воде, или от того, что мне раньше приходилось купаться ночью в реке, я не нашёл для себя чего-то нового в ночном купании. Ещё одна причина, которая лишала ночное купание в море романтики - это большое количество людей на пляже. Большое, разумеется, для этого времени суток. То есть купались в море не одни мы, да и на пляже происходило постоянное движение. Люди приходили, чтобы искупаться, или просто посидеть на берегу, посмотреть на небо, усыпанное яркими звёздами, на свет маяков, которые находились по краям бухты. А ещё, двенадцатого августа, был обещан метеоритный дождь, и в этот вечер на берегу собралось больше народу, чем обычно. Несмотря на то, что было новолуние и самое благоприятное, как считается, время в году для наблюдения за падающими звёздами - середина августа, мы все остались немного разочарованными. Действительно, "дождём" это назвать нельзя было даже с большой натяжкой. Почти за час, проведённый нами на побережье, мы заметили не больше десяти падающих звёздочек, да и исчезали из поля зрения они слишком быстро.

  В последнюю ночь, из проведённых нами в Сухуме, я купаться в море не стал, предпочёл просто посидеть на берегу, смотреть в море, слушать шелест волн. Ночное море немного темнее ночного неба и границу между ними можно определить по звёздам, которые почти "касаются" моря. Больше, как не вглядывайся вдаль, всё равно ничего не увидишь, только чёрное море, иссиня-чёрное небо и рассыпанные на нём звёзды. Из моря на берег смотреть, пожалуй, даже интереснее. Набережная залита оранжевым светом фонарей, с неё доносятся звуки музыки, обрывки человеческой речи, проплывают силуэты, отчего вся картинка, предстающая перед глазами кажется кусочком кинофильма, сказки со счастливым концом, или же какой-то совершенно волшебной страной, затерянной на карте нашего суетного мира. Острее это чувствуешь, если заплыть в море подальше, сразу отмечаешь этот контраст - шум воды вокруг себя и музыку и голоса вдали, впереди на освещённой набережной. Можно представить себя единственным, кто спасся после кораблекрушения и доплывшим до земли, и познать радость возвращения в родную стихию. Больше всех из нас был рад морю Гриша. Первые три дня его от воды за уши оттащить было невозможно. Он просто не в состоянии был нас понять, когда мы уходили с пляжа в полдень. Ирине иногда приходилось потрудиться, чтобы уговорить его выйти на берег, так как Гриша отчаянно торговался за каждую минуту, проведённую в морской воде. Не умея хорошо плавать, он предпочитал нырять, находясь примерно по грудь в воде. Занятие это его ничуть не утомляло, и в отличие от нас, больше проводивших время на берегу, он практически не выходил из моря. Благо температура воды была 28°С, так что простудиться было практически не возможно, да и солнечный удар он не мог получить, так как регулярно окунался с головой. В первый же день на Сухумском рынке ему купли подводную маску, которую на второй день утопили во время охоты за крабами, и пришлось покупать ещё одну. С маской Гриша практически не расставался, даже когда он купался вместе с Астаном, сыном Вадима и Игнатом, всё равно они продолжали нырять. Глядя на него, я вспоминал своё детство, когда я и мои сёстры также могли часами плескаться в воде Южного Буга, и также взрослые с усилием заставляли нас выйти на берег, уже дрожащих, с посиневшими от холода губами, но всё равно ненасытившихся купанием. Только в последние пару вечеров Гриша стал спокойнее относиться к морю, больше сдружившись с Астаном и Игнатом и предпочитая игры с новыми друзьями, очередному заходу на пляж.

  Но даже когда мы все уже удовлетворили свою жажду, когда я успел обгореть, а Ирина один день чувствовала себя нездоровой, по-видимому перегревшись на солнце, всё равно нас тянуло на море. Я жалел о том, что мы не можем остаться здесь чуть больше, например, ещё на неделю. Так мы бы успели полностью акклиматизироваться и тогда, можно было бы оставаться на пляже днём, или просто подольше полежать на гальке с утра. Я с интересом наблюдал за местными жителями, как они совершено спокойно приходили на пляж, купались и почти тут же уходили. Им не нужно было никуда торопиться, так как море никуда от них не денется и всегда к их услугам. Для нас море было как полюс для стрелки компаса, все дороги вели к нему, мысли возвращались к нему, взоры обращались к нему, и слух ловил шорох волн, как только он оказывался в пределах досягаемости слуха. Я уже не говорю про особый запах моря.

КрабКраб Один раз мы устроили на пляже трапезу. Астан угощал нас морскими деликатесами - рапанами и мидиями. В этом был ещё один плюс дикого пляжа, мы смогли разжечь небольшой костёр, не вызвав при этом чей-либо протест. Андрей с мальчишками наловили моллюсков, потом натаскали хвороста, благо Сухум очень зелёный город, и там где заканчивалась галька, уже зеленели кусты (мы в этот раз были на диком пляже, это там, где заканчивается городской). Сковородой служил лист железа, валявшийся не подалёку и судя по тому, что он уже был испачкан сажей, использовали его для этих целей не впервой. По краям костра поставили камни покрупнее, сверху железный лист, на который и высыпали улов. Жарили недолго, как только раковины мидий стали раскрываться и покрываться сверху коричневатым оттенком, лист сняли с огня и принялись за еду. Не скажу, что мне очень понравилась такая еда, но несмотря на малопривлекательный вид мидий и рапанов, они оказались вполне съедобными, а если бы была соль, то они могли бы показаться даже вкусными. Впрочем, о вкусах не спорят. Ещё пару раз Андрей и Гриша ловили крабов. Крабов, конечно же не ели. Да и вообще ловили их из любопытства и в скором времени отпускали. Крабы, были маленькие, бурого цвета, передвигались, как и положено им боком, а когда мы их брали аккуратно за бока, они отчаянно пускали изо рта пену. Ирина утверждала, что так они злятся, я думаю это у них такой способ защиты. Не знаю правда, поступают ли они таким же образом под водой, если им грозит какая-нибудь опасность, но на берегу пена нас не отпугивала. Как и было сказано выше, нашими пленниками крабы оставались недолго, Гриша потом их всегда отпускал в море.

Окраина пляжа Пожалуй, я был самым ленивым отдыхающим из всей нашей компании. В отличии от Андрея и Гриши, и даже Ирины, которая иногда играла в камушки с Гришей (у неё кстати, весьма недурно получалось), я предпочитал делать небольшие заплывы в море, а потом подолгу валяться на берегу, постелив на горячую гальку полотенце. Самое главное, что мне это было по душе и не вызывало дискомфорта, несмотря на то, что я не большой поклонник пассивного отдыха. Разумеется, были некоторые причины моего ленивого поведения. После похода у меня сильно болели ноги, с непривычки они постоянно отекали и я не мог ходить долго и быстро. Даже когда вылазил из воды на берег, испытывал затруднение - наступать на гальку было больно, и пока доберёшься до резиновых тапочек, которые мы все купили себе на рынке в первый день по совету Вадима, приходилось помучиться. Потому, тапочки я старался оставлять как можно ближе к воде, около границы между мокрой, омываемой волнами, галькой и сухой. Из-за этого и не хотелось двигаться лишний раз, и я отказался от охоты за крабами и мидиями, от прыжков с волнорезов. Но скорее всего основной причиной, которая вынуждала меня отдыхать именно так, а не иначе был возраст. С возрастом меняются взгляды, меняется система ценностей, и поэтому мне уже и самому было неинтересно долго находиться в воде или нырять, стараясь разглядеть подводный мир. Теперь было приятнее нежиться под солнцем. И я заходил в море снова лишь тогда, когда лежать становилось совершенно нетерпимо от жары. Иногда я находил себе занятие - перебирал камешки, некоторые из которых были очень необычной окраски. Такие я откладывал в сторону, а набрав пару десятков, разглядывал их снова, более пристально, стараясь определить из них самый красивый. Впрочем, отдать предпочтение какому-нибудь одному камешку было нелегко, так как все они были по-своему привлекательны и уникальны, ведь природа ничего не повторяет дважды. Один раз мелькнула мысль взять с собой в Москву несколько штук на память, но в результате я передумал - отчасти потому, что так и не смог выбрать лучших из лучших, а отчасти потому, что понимал - дома они уже потеряют свою привлекательность и будут лежать никому не нужные.

  Как я уже отметил выше, в Сухуме практически не было никакого сервиса относительно моря, и это сильно понижает его статус, как курортного города. Действительно, оборудовать пляж, наставив на нём лежаков или тентов, не так уж и сложно, организовать морские прогулки на катерах или лодках, тоже не требует больших капиталовложений, и даже такое новшество как дайвинг, становящийся всё более популярным, может приносить неплохой доход при скромных затратах. И вдобавок всё выше перечисленное будет только привлекать туристов, что безусловно на пользу и городу и республике в целом. Но видимо это дело будущего, а пока всё, что мы увидели это кафе на списанном от старости судне, стоявшим в метре от берега, и неподалёку от развалин крепости Диоскурии какими-то предприимчивыми людьми (всё-таки есть такие!) было организовано катание на надувном "банане". Вобщем, очень не хватает такой вот не хитрой организации и рационализма. Хотя, конечно это вопрос спорный, быть может, найдутся и такие, кто скорее всего не разделит моего мнения. Действительно, в отсутствии всего этого пляжного комфорта и бизнеса можно отметить одно преимущество - на пляже свободно, и тем кто хочет как раз отдохнуть от благ цивилизации, такой курорт будет как раз по душе.

Камешек случайно привезённый с моря  Лично мне было не плохо и так, и мои спутники не казались разочарованными. В день отъезда, мы специально проснулись пораньше, чтобы успеть попрощаться с морем. Было около восьми утра, и пляж был почти пустой, Ирина с Гришей пришли уже после того, как я вернулся в дом, а Андрей пожелал провести это таинство тет-а-тет с морем и был на диком пляже. Времени было немного, потому я быстро искупался, нырнул пару раз и поспешил на берег. Немного постоял, обсыхая под пока ещё ласковыми лучами солнца, а потом забрался на волнорез, подошёл к самому его краю и размахнувшись, как можно сильней, бросил в море монетку. Нет, конечно, я не верю в приметы, но мне очень хочется побывать там ещё раз.

 

Макхост - качественный хостинг Яндекс.Метрика
Рейтинг@Mail.ru